Пока Россия в первые дни сентября открывает счета цифрового рубля для всех желающих, партнёры по БРИКС уже прошли часть этого пути: у кого-то за плечами миллионы пользователей, у кого-то — публичные ошибки и смена архитектуры. Свежий обзор, опубликованный «Коммерсантом» 4 сентября, показывает, что общий вектор у объединения один: собственные цифровые деньги, меньше посредников и расчёты, не зависящие от западной инфраструктуры. Разбираемся, какие решения уже опробованы и что из этого опыта имеет отношение к цифровому рублю.
Почему БРИКС вообще строит свои цифровые валюты
Привычные международные переводы становятся всё менее удобными: комиссии при зарубежных поездках из-за многоступенчатой конвертации валют могут доходить до 40%, а доллар и SWIFT, как отмечается в аналитике, всё чаще используются как инструмент давления. Для стран объединения это не абстрактный риск: в качестве свежего примера приводится введение санкций Минфином США против филиала египетского банка Banque Misr в ОАЭ из-за трансакций, связанных с Ираном.
На этом фоне цифровые валюты центральных банков (CBDC) рассматриваются не как технологический эксперимент, а как способ защитить платёжные операции и снизить издержки. По оценке ВЭБ.РФ, цифровые валюты и расчёты в национальных валютах заметно сокращают число посредников: для людей это более выгодный обмен, для компаний — быстрые и предсказуемые трансграничные платежи. Россия, запустившая массовое использование цифрового рубля с 1 сентября, решает те же задачи, что и другие участники рынка CBDC, но с опорой на их уже накопленный опыт.
Бразилия: почему первая версия цифрового реала осталась без блокчейна
Опыт Бразилии — хороший пример того, что не всякая передовая технология подходит платёжной системе. При тестировании цифрового реала Drex ставка изначально делалась на блокчейн и децентрализованную архитектуру. На практике выяснилось: одновременно обеспечить конфиденциальность, масштабируемость и программируемость инструмента на блокчейне не получается. Усиление одного из параметров неизбежно ведёт к компромиссам по остальным — эту проблему в отрасли называют «трилеммой Drex».
В ноябре 2025 года Центральный банк Бразилии исключил блокчейн-компонент из первой версии цифрового реала. В фокусе регулятора оказались прикладные задачи — упрощение управления залогом и согласования кредитных гарантий — в рамках централизованной архитектуры, где решения принимает один регулятор, а не распределённая сеть. Параллельно Бразилия отрабатывала работу без доступа к сети: одним из полигонов стал город Сан-Себастьян-да-Боа-Виста с населением около 25 тысяч человек.
Для России, учитывая протяжённость территории и большое число удалённых населённых пунктов, офлайн-сценарии — не опция, а необходимое условие финансовой доступности. О том, как ЦБ готовит такие платежи, мы подробно рассказывали в материале про офлайн-оплату цифрового рубля.
Индия: «окрашенные» деньги и 10 миллионов пользователей
Индия делает ставку на программируемость и адресность платежей. Число пользователей цифровой рупии уже достигло 10 миллионов. Ключевая особенность подхода — целевое «окрашивание» средств: цифровые деньги выпускаются под конкретную задачу, что не позволяет потратить их не по назначению.
На практике это работает так. В штате Махараштра фермерам перечисляли субсидию через цифровой кошелёк: она покрывала 80% стоимости ирригационного оборудования, но потратить её можно было только у аккредитованных поставщиков. А банк IndusInd Bank провёл пилот, в котором фермеры получали платежи за углеродные кредиты напрямую в цифровой рупии — без традиционных платёжных систем.
Отдельное направление — инфраструктура для регионов со слабой связью: Резервный банк Индии развивает офлайн-решения на базе NFC и SMS, а официальный запуск офлайн-версии цифровой рупии состоялся в октябре 2025 года. Для повестки БРИКС такой опыт может стать основой совместных социальных выплат — в том числе трансграничных целевых переводов между странами с разным уровнем платёжной инфраструктуры.
Китай, Индонезия и Иран: три разные стратегии
Китай превращает технологию в привычку через культурные коды. Популяризации цифрового юаня во многом помогли электронные «красные конверты» — хунбао: в китайской традиции в такие конверты принято класть деньги на праздники, и цифровая версия ритуала органично познакомила миллионы людей с новой формой валюты. Подробнее о том, как продвигается цифровой юань и чем опыт Китая полезен России, мы разбирали в отдельной статье про мировой опыт CBDC.
Индонезия внедряет цифровую рупию поэтапно — программа рассчитана до 2030 года. Страна-архипелаг делает упор на устойчивость платежей при слабой цифровой связности и на интеграцию новой валюты с единым QR-стандартом QRIS, который позволяет платить по одному коду из разных приложений. Сдерживают масштабирование фрагментированная инфраструктура между островами, риски кибербезопасности и привычка людей к наличным.
Иран тестирует цифровой риал в условиях жёстких внешних ограничений: с 2024 года пилот идёт на острове Киш, где доступ к инструменту получили сначала жители и туристы. Техническая основа — разрешённый реестр на базе Hyperledger Fabric, доступ к которому контролирует центральный банк. Такая модель даёт регулятору полный контроль над эмиссией и защиту данных, а параллельно Иран прорабатывает сопряжение своих цифровых платёжных механизмов с инфраструктурами дружественных стран.
Что это значит для цифрового рубля
Главный вывод из обзора: у цифрового рубля нет универсального рецепта, но есть набор проверенных практик, которые Россия может адаптировать. Бразильский опыт предупреждает о рисках погони за модной архитектурой, индийский показывает, как адресные выплаты делают государственную поддержку прозрачнее, китайский — как новая форма денег становится частью повседневной жизни.
Для россиян практический смысл этой гонки в том, что цифровой рубль с самого начала проектируется как инструмент, совместимый с платёжными системами партнёров. ЦБ уже обсуждает трансграничные расчёты в цифровых рублях с другими странами, а значит, со временем новая форма российской валюты может использоваться и за границей — в туристических поездках и в расчётах компаний с зарубежными контрагентами. О том, как это может работать на практике, мы рассказывали в материале про оплату цифровым рублём за границей.
Коротко
Страны БРИКС движутся к одним и тем же целям — суверенные и недорогие расчёты, — но разными маршрутами: Бразилия отказалась от блокчейна ради практичности, Индия сделала деньги программируемыми и офлайн-доступными, Китай встроил цифровой юань в привычные ритуалы. Россия, начавшая массовое использование цифрового рубля в сентябре 2026 года, может использовать этот опыт, чтобы не повторять чужие ошибки и быстрее пройти путь, который партнёры уже прошли. Для обычных людей это означает одно: цифровой рубль — часть более широкого процесса, в котором решается, как мир будет платить через несколько лет.